Воспитание добром и добрым словом

2014-12-20_180330А. С. Макаренко писал, что есть два вида влияния воспитателя: не­преднамеренное влияние его лич­ности («чистое влияние») и пред­намеренное («практическое влияние»), которое представляет собой все виды сознательного воздействия на ребенка.

Непреднамеренное влияние определяется качествами личности самого воспитателя. По­этому, отмечал А. С. Макаренко, если в личности воспитателя есть существенные недостатки, никакие рецепты не помогут. Тут речь идет о личном примере, который должен быть образцом, достойным подра­жания. Личный пример в воспитании во многом определяет и успешность всех созна­тельных воздействий воспитателя — пример должен подкреплять его слова. А если воспитательная рабо­та ведется по принципу «делайте то, что я вам говорю, но не делайте то­го, что я сам делаю», то ничего хорошего она не даст. И поведение де­тей, и воспитательная работа с ними должны строиться на основе единст­ва слова и дела. Воспитание детей добром.

Воспитание добром

2014-12-20_180453Добрый пример — лучшее поуче­ние. Лишь опираясь на него, слово получает истинную силу. К тому же и это слово должно быть верным, точно выбранным. Остальное зави­сит от мастерства: от умения воздей­ствовать не только словом, но и выражением лица (мимикой), взгля­дом, жестом. Красноречивый взгляд может подчас сказать больше целой нотации, а жест — заменить поуче­ние. Всему этому родители должны научиться.

Но при всех особенностях словес­ного воздействия оно всегда в сути своей должно быть добрым, как, впрочем, и другие виды практиче­ского влияния на детей. Постоянная ворчливость, небрежность в выборе слов, обращенных к ребенку, так же плохи, как и вечно насупленный, раздраженный вид.

Доброта не исключает требова­тельности, напротив — предполага­ет ее и связана с ней. А. С. Мака­ренко так определил подход к вос­питательной работе: как можно больше уважения человеку, как можно больше требовательности к нему. Здесь и уважение, и требова­тельность — это вера в возможности ребенка. Требовать надо по-доброму, как учит народ: скажи по-чело­вечески, так и зверь поймет. Воспитание ребенка словом.

Воспитание добрым словом

Доброе слово — это верно най­денное умное слово, мягкое по фор­ме и, когда надо, настойчивое. Та­ким словом можно добиться больше, чем криком, нудными нравоучения­ми, нескончаемыми назиданиями, ибо оно идет, как говорят, «от серд­ца к сердцу», привлекает своей че­ловечностью, мерой и точностью воздействия.

Только не следует смешивать доб­рое слово с сюсюканьем; «Наташенька! Миленькая! Сходи, если не трудно, в магазин!» И милень­кая Наташенька свое трудовое по­ручение выполняет в порядке одол­жения, как будто хлеб нужен толь­ко маме. Дальше — больше: одол­жение приходится «оплачивать», хотя бы мороженым… И вот насту­пает момент, когда Наташенька го­ворит, что идти за хлебом да и мыть за собой посуду ей некогда…

Если ребенок пошалил или даже напроказил, набедокурил, нужно осудить его поступок, можно даже сказать об этом резко, но нельзя скоропалительно обобщать и пере­носить характеристику на всего человека: «Вот ты всегда так, ты — плохой!..» Это отбивает охоту ис­правляться, действовать иначе («Ведь я все равно плохой»), и ре­бенок опускает руки.

Приемы воздействия словом

2014-12-20_180909Истинное воздействие словом включает в себя и умение «играть». О чем идет речь?
Допустим, вы вообще очень доб­родушны и крепко любите своего ребенка, а сегодня вдобавок особен­но в хорошем настроении; но дома вы узнаете, что сын нашалил. Если сделать выговор «от хорошего на­строения», с улыбкой на лице, то лучше уж вовсе не выговаривать. А если все-таки надо сделать выго­вор, то пусть ваше благодушие останется внутри (притормозите его проявления), а внешне придется показать иное, заставить ребенка почувствовать вину: вы нахмури­тесь, посерьезнеете, придадите лицу недовольное выражение и стро­гим тоном скажете, что сделал он плохо и пусть впредь будет осто­рожнее. Как видите, назначение та­кой «игры» — выразить то, что важ­но для воздействия на ребенка в данный момент.

Верное слово требует владения голосом, умения не шуметь по пус­тякам. Даже если речь идет о чем-то серьезном, вовсе не обязательно кричать, а можно что-то сказать почти шепотом, но так, чтоб было ясно: вы недовольны, расстроены, обозлены, наконец. Тут не грех по­учиться у актеров: горе и недоволь­ство выражаются более тихим то­ном и замедленной речью, а ра­дость — повышенным тоном и уско­ренной речью. Выговор, если воспи­татель «трещит» и тараторит, про­сто смешон и вместо раскаяния вы­зывает улыбку.

Очень важны не только тональ­ность речи, но и интонации, соз­дающие подтекст. Так, одно слово «здравствуй» может выражать са­мые разные отношения: «Здравст­вуй?» («Что скажешь?»), «Здрав­ствуй!» («Как хорошо, что я тебя вижу!»), «Здравствуй…» («Ладно, посмотрим, как будешь вести се­бя…»), «Здравствуй» («Все ясно, вопросов нет».) и т. д. А. С. Мака­ренко говорил, что он умел сказать «здравствуй» с пятьюдесятью от­тенками; «да» и «нет» — с пятнадцатью-двадцатью оттенками. И ког­да научился этому, то уже не боял­ся, что кто-нибудь из детей не по­дойдет, не выполнит, не почувству­ет то, что хотел выразить воспита­тель. Где этому учиться? На опыте, своем и других родителей. В извест­ной мере это доступно каждому — наблюдения и опыт, доброта и тер­пение помогают. И тогда верные педагогические действия соединя­ются с верным словом.

Примеры воспитания детей добром и добрым словом

17013Пример №1

…Маленький Сережа не хочет есть сырые яйца, а мама считает, что ему это очень нужно и полезно. Как убе­дить сына? Криком не возьмешь — получатся одни капризы. Мама кро­шит в блюдце хлеб, перемешивает его с яйцом, солит… Сын относится подозрительно: опять его хотят заставить? А мать не предлагает. Сын успокаивается. Мать пробует кушанье, говорит, как бы для себя: «Какое вкусное лимпопо!» Сын с удивлением: «Какое лимпопо?» — «Да блюдо с той самой реки, где живет Бармалей!» Это уже кажется интересным. «Хочешь попробовать?» И ложечка была съедена без криков и уговоров, за ней вторая. Вскоре Сережа привык к этому полезному блюду.

Пример №2

…В Колиной семье мама всегда была авторитетом, подросток с ней считался, к ее мнению прислуши­вался. «Я покрашу волосы!» — вдруг объявил сын. Мать промолчала, и это уже было своеобразным от­ветом. «Другим можно, а мне нет?! Покрашу — стану блондином!» Мать молча принесла сыну свои туфли на высоких каблуках и пудру. «Зачем это?!» — «А давай уж сразу и до конца становись девчонкой…» Больше на эту тему разговоров не было. Вопрос был исчерпан и снят с «повестки дня».
Точность и уместность слова, вер­ность тона обеспечивают решение многих трудных проблем без «ки­пения страстей» по каждому поводу. Вот еще один случай из жизни.

Пример №3

…Трудный Витька был грозой жильцов дома. То он стекло разбил, то включил радиолу на такую мощ­ность, что хоть беги, да еще динамик выставил на балкон. Сколько крича­ли на него —не помогает. А кончи­лось все просто — и с радиолой, и с гонками на тарахтящем мопеде вок­руг дома, и с постройкой гаража для него под окнами у соседей. Вмешал­ся по-рабочему просто и деловито умный человек. Он не призывал «писать куда надо», не шел ругать­ся и кричать под балкон, а встре­тился с подростком во дворе и спо­койно спросил: «У тебя хороший почерк?» Витька, не отличающийся прилежанием в школе, от неожидан­ности опешил: «Да не очень.-А что?» «Но так, чтоб разобрать можно бы­ло, написать сможешь?» — «Смо­гу»,— «Так » напиши, пожалуйста, мне расписание, когда ты включа­ешь радиолу. Ты извини, я не про­тив, но надо знать, когда можно спать ложиться после ночной сме­ны». Динамик с балкона был убран и громкость уменьшена…

И для гаража нашлись нужные слова: «Ты, конечно, строй, но смот­ри: без разрешения пожарной коман­ды нельзя — велят сломать и оштра­фуют за самовольную постройку. Тут ведь определенное расстояние от жилья требуется…» Все было объяснено и сказано убедительно, по-человечески. «Строительство» прекратилось. И гонять на мопеде вокруг дома Витька перестал. Для этого тоже оказалось достаточным нескольких правильно сказанных слов (конечно, не сразу, а в «раз­рядку», на протяжении определен­ного времени — в воспитании час­тить нельзя): «Витя! Правила вождения знаешь? Они теперь стро­гие, не по проезжей части ездить нельзя. Оштрафуют, А тут еще и дети играют — долго ли до беды?»

Пример №4:

Шестиклассники готовились «встре­тить» нового учителя. Не то чтобы они так уж особенно любили преж­него и потому заранее были насто­рожены; просто хотели сразу уз­нать, с кем придется иметь дело. А потому предстояла проверка: «знатоки» придумывали вопросы, а двое «трудных» готовились «по­казать себя». Роли были распреде­лены, звонок прозвенел и в класс вошла… учительница. Ждали по­чему-то пожилого строгого учите­ля, а пришла милая женщина с доброй улыбкой и сразу начала рассказывать, да так уверенно, интересно, захватывающе, что все почувствовали: новенькая — опытная, знающая учительница и к тому же добрый, открытый человек. Хитроумные вопросы робко про­звучали в устах смущенных ребят, и после толковых и четких ответов больше никто не сомневался в зна­ниях «новенькой».

Но это только знания, а выдерж­ка, терпение, умение выйти из труд­ного положения — справится или раскричится? И хотя класс уже был на стороне учительницы, «трудные» не так доверчивы и так быстро не сдаются. Один демонстративно не стал записывать вместе со всеми и с видом полной независимости ог­лядывался вокруг.

— А почему ты не пишешь?
— Не буду!
— Почему?
— Не буду!!
— Ладно. Подойди в перемену в учительскую — поговорим.

И нарушитель перестал сущест­вовать для нее. Но именно это его и не устраивало, да и перспектива визита в учительскую отнюдь не сулила приятного. Прошло две-три минуты, мальчишка придвинул тетрадь, а еще через короткое вре­мя открыл ее и стал писать. Кон­фликт был исчерпан.

То, что учительница не «набро­силась», смутило, но не остановило второго: он вдруг воздел руки вверх и исчез под партой.

Уж тут-то она должна была взор­ваться! Однако ждал он напрасно — никакого внимания. Что же зря сидит под партой?! Надо заявить о себе: мальчишка стал шевелиться копошиться, постукивать. Безре­зультатно! А класс уже был недо­волен — это мешало слушать. Маль­чишка угомонился, но не вылезал. А через пять минут, как будто не­взначай заметив его, учительница сказала: «Ты там сидишь?! Сиди, пожалуйста. Только смотри — за­пачкаешься и пыли наглотаешься…» И отошла, спокойно продолжая ра­боту с классом. А ведь так сидеть под партой никакого интереса нет! Мальчишка подумал и вылез.

Авторитет учительницы сразу вырос — на ее уроках «трудные» переставали быть трудными. «Ма­рия Харитоновна сказала!» — эти слова вскоре стали звучать для ребят как требование, которое без всяких сомнений должно быть вы­полнено. А ведь она никогда и голо­са не повышала.

В любом конфликте между взрос­лыми и детьми самое опасное — нарушение духовных связей, взаим­ного понимания и доверия. Строго­стью можно остановить ребенка, но вернуть доверие может только доброта. И здесь доброе слово — наш необходимейший, главный по­мощник.

Метки: воспитание детей добром, воспитание словом в семье и в школе, приемы воздействия словом, примеры воспитание детей добром и добрым словом.

Вам понравилось? Нажмите кнопочку:

Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика
© 2017 Учитель немецкого  Войти