Ломоносов — гений русского народа!

lomonosov3Еще не были написаны замечательные слова о том,

Что может собственных Платонов
И быстрых разумом Невтонов
Российская земля рождать,

а на Руси уже появился человек, который разумом, остротой, широтой и глубиной мысли едва ли не превзошел и Ньютона и многих других выдающихся европейских мыслителей и ученых своего времени. Это был автор этих гордых патриотических строк — Михайло Васильевич Ломоносов. Ему первому суждено было прославить на весь мир русскую науку, положить начало созданию русского литературного языка, создать русскую поэзию.

Семья Ломоносова Михаила Васильевича

Великий русский поэт и один из величайших русских ученых Ломоносов вышел из «самых глубоких недр» нашего народа.

Ломоносов родился в деревне Мишанинской на Курострове — одном из островов, образованном Северной Двиной при ее впадении в Белое море, недалеко от города Холмогоры. Датой его рождения принято считать 8 (19) ноября 1711 г.

Ломоносов сын крестьянина-помора. Поморы не знали крепостной зависимости от помещиков, они были черносошными, т. е. государственными, крестьянами. Поморы трудились на «черной» земле, которая считалась принадлежащей государству, но в глазах поморов была их собственностью.

Это отсутствие «личной зависимости, отдаленность от центра крепостнического государства создавали у поморов условия жизни, значительно отличавшееся от тех, в которых жило огромное большинство русского крестьянства. Поморы имели больше возможностей проявить личную инициативу, по-своему использовать свою энергию и способности. На родине Ломоносова не было школ, но больше, чем в крепостной деревне, было грамотных, больше ценилась книжная культура.

Отец Ломоносова построил судно (кроме сельского хозяйства, многие северяне занимались морским промыслом ) — «новоманерный гукор-парусник» «Чайка». На этом паруснике Ломоносов-отец плавал на тресковые промыслы, доставлял хлеб для воинских гарнизонов в Колу и Пустозерск.

Вместе с отцом в плавание нередко отправлялся и сын. Эти путешествия не могли не оставить глубокого следа в душе впечатлительного мальчика, пытливого юноши. Он видел море в бурю, видел полуночное солние, полярные льды, наблюдал таинственное северное сияние; с ранних лет научился бороться с могучей стихией, и это воспитало в нем решимость, закалило волю. Красота северной природы (нигде так не прекрасно небо, закаты и восходы, как на Севере!) развили в нем любовь к прекрасному. Видимо, здесь, на море, он стал поэтом.

Учеба Ломоносова в юношеские годы

Очень рано будущий поэт и ученый научился читать (мать его была дочерью дьякона, грамоте могли его научить и соседи, и дьячок местной церкви). Еще мальчиком, ему удалось достать грамматику церковно-славянского языка Смотрицкого и «Арифметику» Магницкого, прочитать стихотворное переложение «Псалтыри» Симеона Полоцкого. Эти книги оказали большое влияние на умственное развитие подростка (позже он называл их «вратами своей учености»,) но особенно большую роль в жизни юного Ломоносова сыграла «Арифметика». В ней мальчик нашел, кроме курса начальной математики, сведения по географии, астрономии, физике, навигации. Книги вызвали в нем жажду знаний, которую вскоре уже не могло удовлетворить повторное перечитывание учебников, давно уже выученных наизусть пытливым юным читателем.

Зимой 1731 г. девятнадцатилетний Ломоносов достал паспорт и вместе с рыбными обозами пешком пошел в Москву — учиться. Это было первым большим жизненным подвигом Ломоносова. Ему не только удалось попасть в Москву, но и поступить в
единственную в то время высшую школу — «Славяно-греко-латинскую академию».

Биографы Ломоносова, рассказывая о годах его учения, подчеркивают, что преподавание в Славяно-греко-латинской академии» носило
схоластический характер, учащимся сообщалось немало нелепостей (например, рассуждение о весе ангелов). Но все же учащиеся приобретали в академии и немало ценных знаний. Здесь Ломоносов в совершенстве изучил латинский и греческий языки, а ведь на латинском языке писались и печатались в те времена все научные сочинения; изучил он правила силлабического стихосложения и ораторского искусства; познакомился с выдающимися произведениями античной литературы. Книги великих мыслителей древности и вышедшие в Петровскую эпоху сочинения ученых нового времени расширили кругозор талантливого юноши, дали толчок глубоким размышлениям о мире, о его строении, о жизни.

Отличное знание латинского языка дало возможность Ломоносову изучить сочинения французского ученого и мыслителя Декарта, получить ясное представление об учении великого польского астронома Коперника, совершившего переворот в науке о вселенной.

Юноше Ломоносову приходилось учиться в исключительно тяжелых условиях. Уже будучи профессором Петербургской Академии наук, Ломоносов писал вельможе И. И. Шувалову: «Имея один алтын в день жалованья, нельзя было иметь на пропитание в день больше как на денежку (полкопейки) хлеба и на денежку квасу, протчее на бумагу, на обувь и другие нужды. Таким образом жил я пять лет и наук не оставил».

Чем больше расширялся круг знаний Ломоносова, тем меньше удовлетворяло его учение в Академии, тем больше тянуло к высотам науки, но не схоластической, а науки, связанной с жизнью.

Учеба Ломоносова в Германии

Исключительные способности юноши ярко проявились с первых же лет учения в Академии (он в один прошел три первых класса). Поэтому когда в 1735 г. из Петербурга затребовали двенадцать лучших учащихся для зачисления их студентами созданной Петром Первым Академии наук, то в числе их оказался Ломоносов. А осенью 1736 г. он был послан в Германию для изучения химии и  горного дела.

Первым учителем Ломоносова был выдающийся ученый и философ того времени Христиан Вольф. Ломоносов почерпнул от него немало ценных знаний, но в области научного мировоззрения пошел дальше своего учителя.

Летом 1739 года Ломоносов вместе с двумя другими студентами переселяется в город Фрейберг, где изучает горное дело и металлургию. Вскоре он приходит к убеждению, что его новый учитель Генкель — человек схоластических взглядов на науку и на природу. Не ограничиваясь теоретическими знаниями, Ломоносов практически изучает горное дело, спускаясь в шахты, беседуя с рудокопами.

Здесь, во Фрейберге, Ломоносов пишет свою оду на взятие русскими войсками турецкой крепости Хотин. Эта ода, написанная силабо-тоническим стихом, новым для русской поэзии, великим Белинским была признана началом русской литературы… Посылая в Петербург свою оду, Ломоносов отправляет в Академию наук и «письмо о правилах российского стихотворства», излагающее новый на русское стихосложение.

Уже в годы пребывания за границей проявилась необыкновенная широта интересов и стремлений молодого Ломоносова. Изучая точные науки н применение их в жизненной практике, Ломоносов занимается вопросами языка, литературы, стихосложения, философии.

Весной 1740 г. он оставляет Генкеля и в течение года странствует по Германии и  Голландии, где знакомится с добыванием торфа. После ряда приключений ему удается, наконец, вернуться в Петербург, где он назначается адъюнктом (помощником профессора) по «физическому классу».

Вклад Ломоносова в русскую науку

Начинается плодотворнейшая деятельность Ломоносова-ученого, продолжающаяся около 25 лет, до преждевременной его смерти. С этого времени путь Ломоносова-человека и история его жизни неотделимы от жизни Ломоносова-ученого.

Исключительно разносторонней была деятельность Ломоносова. Ученый физик и химик (в 1745 г. он был назначен профессором химии), математик, геолог, металлург, географ, астроном, специалист по горному делу, истории, филолог, знаток ораторского искусства, специалист по изготовлению мозаик, поэт и общественный деятель, Ломоносов ни в одной из своих профессий не был дилетантом.

Среди его многочисленных специальностей не было ни одного дела, где он не проявил бы себя как талантливый (даже гениальный) исследователь, пламенный энтузиаст науки.

Он создал первую в России химическую лабораторию, где совершил замечательные открытия мирового значения (в том числе закон сохранения веса веществ); основал физическую химию, разработал основы атомно-молекулярного учения; как астроном, наблюдая прохождение Венеры по солнечному диску, открыл атмосферу Венеры; совершил несколько ценнейших открытий, связанных с атмосферным электричеством, поставил перед русским правительством ряд важнейших вопросов государственного значения.

Ломоносов был не только великий ученый-теоретик. Всей своей деятельностью он убеждал в необходимости тесной связи теории с практикой. Вот ярчайший пример. Задумав новое большое дело — создание в России «мозаичного художества», Ломоносов организует (в имении, пожалованном ему императрицей) фабрику для изготовления по его рецептам цветных стекол и бисера, сам обучает этому делу учеников и сам работает как художник по мозаике. До нашего времени сохранилась замечательная мозаичная картина Ломоносова «Полтавская баталия». В мозаичном деле великий русский ученый проявил себя одновременно и как художник, и как химик, и как техник, и как историк.

Отдавая большую часть своего времени и труда точным наукам, Ломоносов немало сделал и в области гуманитарных наук. В области русской истории Ломоносов выступал как крупный ученый своего времени.

В 1753 г. ему было поручено написать русскую историю. Ломоносову удалось создать лишь первый том «Российской истории», древнейшую (до 1054 г.), но и то, что им написано, представляет большой интерес для историков. Передовой мыслитель своего времени, Ломоносов высказывает прогрессивные идеи о судьбах славянских народов, полемизируя с иностранными учеными по поводу «норманской теории», защищая славянское происхождение Русского государства.

Ценнейшими своими открытиями в различных областях Ломоносов обязан и своей «разносторонней гениальности» (по выражению профессора А. Д. Благого), и огромному трудолюбию, и прогрессивному научному мировоззрению… Ломоносов был материалист и атомист, он раньше других своих современников понял, что для познания природы необходимо изучение строения вещества, что для открытия законов природы нужно изучать ее в движении.

Главным источником вдохновения Ломоносова была его патриотическая устремленность. Он работал не для науки вообще, он творил для русской науки, в великое будущее которой он страстно верил. Н. Г. Чернышевский писал: «Ломоносов страстно любил науку, но думал и заботился исключительно о том. что нужно для его родины. Он хотел служить не чистой науке, а только отечеству».

Ломоносов мечтал о русской науке, о русских ученых, а в Академии наук в первые годы его научной деятельности всем ведали иностранцы. Многие из них презрительно относились к русским, не верили в возможность создания русской науки и всячески препятствовали проведению в жизнь прогрессивных начинаний Ломоносова. С этими людьми ученый вел жестокую борьбу. «Я к сему себя посвятил,— писал он,— чтобы до гроба моего с неприятелями наук российских бороться». В этой вражде не было ничего похожего на слепую ненависть некоторых русских к чужеземцам. С теми немцами, которые содействовали развитию русской науки, у Ломоносова были иные отношения. Горячая дружба связывала его с профессором Рихманом, погибшем во время опыта с атмосферным электричеством.

Не в одной борьбе с академическими заправилами заключались те трудности, которые нужно было преодолевать Ломоносову для достижения его высоких целей. Ломоносов был «архангельский мужик», «плебей» по происхождению, а людям незнатным в те времена было почти невозможно пробить себе в жизни широкую дорогу, тем более завоевать авторитет среди людей, привыкших повелевать. К счастью, для Ломоносова, человека исключительно яркого, в придворной среде, где большинство смотрело на молодого ученого со снисходительным презрением, нашлись люди, оценившие его талантливость. К ним принадлежал вельможа, близкий к Елиcавете, И. И. Шувалов, много сделавший для того, чтобы Ломоносов смог осуществить свои великие начинания. Конечно, и Елисавета Петровна покровительствовала Ломоносову, но она ценила его не как замечательного ученого, а лишь как сочинителя хвалебных од. Все же с годами круг людей, оценивших великий труд Ломоносова, расширялся. Когда после своего вступления на престол Екатерина II подготовила (разумеется, под влиянием врагов Ломоносова) оскорбительный указ, не только отстранявший ученого от занятий в Академии, но и устанавливавший ему пенсию в размере половины оклада (это величайшему в мире ученому!), то при дворе нашлись люди, уговорившие ее взять указ обратно.

Приходилось Ломоносову вести борьбу и с реакционно настроенными церковниками. После появления написанного им «Гимна бороде» — сатиры на духовенство — их происки грозили ученому передачей его в руки синода, а это могло привести к ссылке в Соловецкий монастырь. «К счастью, императрица не вняла доносам церковников.

Ломоносов мечтал сделать науку доступной широким слоям русского народа. Одну из своих главных задач он видел в том, чтобы воспитать русских ученых из среды народа. В 1755 г. по инициативе Ломоносова был открыт первый Московский университет. Чтобы открыть путь в университет не только дворянам, но и людям других сословий, Ломоносов добивается открытия при университете двух гимназий — одной для дворян, другой — для разночинцев.

После назначения Ломоносова  (в 1757 г.) советником канцелярии Академии наук он берет под свое попечение гимназию при Академии и вскоре добивается того, что она делается одним из лучших учебных заведений России. Гимназия воспитала немало русских ученых. Из нее вышел будущий академик-химик Н. П. Соколов, сын пономаря; астроном П. Б. Иноходцев, сын солдата; естествоиспытатель И. И. Лепехин, также сын солдата и многие другие, прославившие русскую науку второй воловины XVIII в.

Ломоносов Михаил Васильевич как поэт, писатель

Михайло Васильевич Ломоносов принадлежал к числу тех редких деятелей, которые почти с одинаковым успехом проявили себя как ученые и как служители искусств.

Ломоносов был замечательным поэтом. Конечно, в наше время стихи его мало читают. «Высокий штиль», которым написаны многие его стихотворения, настолько сильно отличается от литературного языка, созданного Крыловым, Грибоедовым и великим Пушкиным, что читать оды и сатирические стихи, написанные Ломоносовым, без комментариев трудно. Они уже не оказывают непосредственного воздействия на наши чувства, без чего не могут возникать те прекрасные образы и картины, которые представлялись поэту и которые он хотел вызвать в нашем воображении. Это верно по отношению к большинству его стихотворений, но не ко всем. Есть у Ломоносова строки, поэтическую силу которых воспринимает и современный читатель. Внимательное, вдумчивое ознакомление современного читателя с произведениями Ломоносова приводит к убеждению, что идейное содержание их глубоко и ценно. А если мы перенесемся в Россию XVIII в., мы должны будем признать, что значение поэзии Ломоносова для его времени было огромно. Среди стихотворений Ломоносова центральное место занимают оды, а среди них преобладают так называемые похвальные. Больше всего похвальных од посвящено императрице Елисавете Петровне, дочери Петра Первого, к которому поэт относился восторженно.

Все похвальные оды Ломоносова проникнуты горячей любовью к родине и верой в ее прекрасное будущее. Неисчислимы природные богатства России, так думает (вопреки мнениям иностранцев) Ломоносов. Но для того чтобы сокровища, которые таит в себе русская земля, были открыты и использованы, необходимо развитие русской науки:

… требует к тому Россия
Искусством утвержденных рук.
Сие злату очистит жилу;
Почувствуют и камни силу
Тобой восставленных наук.

Так пишет Ломоносов в оде (1747) на день восшествия на престол Елисаветы Петровны, едва ли не лучшей и наиболее популярной из его
од. В той же оде поэт обращается к русскому юношеству с патриотическим призывом:

О вы, которых ожидает
Отечество от недр своих
И видеть таковых желает,
Каких зовет от стран чужих,
О ваши дни благословенны!
Дерзайте ныне ободренны
Раченьем вашим показать.
Что может собственных Платонов
И быстрых разумом Невтонов
Российская земля рождать.

Пусть устарело слово «раченье» и чужды нашему слову некоторые формы и обороты этой строфы, но никогда не устареет глубокий смысл этого призыва, дорог он всем поколениям борцов за русскую науку. В другой оде, посвященной Елисавете (1750), Ломоносов прямо обращается к наукам: к механике, химии, астрономии, географии, метеорологии. Но и здесь речь идет не о науках вообще, а о той роли, которая предназначена им в России.

Глубокая связь поэтического творчества Ломоносова с грядущим, умение великого поэта-патриота так пророчески говорить о судьбах России и ее народа, жить его грядущим дали основание советскому биографу Ломоносова назвать его поэзию «гениальным прорывом в будущее…».

Есть у Ломоносова еще одна мысль, особенно близкая нам сегодня: чтобы процветало государство, нужен мир, нужна «тишина».

Царей и царств земных отрада,
Возлюбленная тишина,
Блаженство сел, градов ограда,
Коль ты полезна и красна!
Так начинает Ломоносов оду 1747 г.

Ближе к современному литературному языку язык и стиль «духовных» од. Поэтическую силу их строк может почувствовать и наш современник. Особенно хороши две оды «о божьем величестве» (величии). В «Вечернем размышлении о божьем величестве при случае северного сияния» есть строчки, очень сильные, выразительные и вместе с тем характерные тем лаконизмом, который свойственен большим мастерством слова:

Лицо свое скрывает день;
Поля покрыла мрачна ночь;
Взошла на горы черна тень;
Лучи от нас склонились прочь;
Открылась бездна, звезд полна;
Звездам числа нет, бездне дна.

Эта ода — менее всего выражение восторга поэта перед божьим величием, это гимн величию природы, вселенной, космоса. По замыслу Ломоносова стихотворение должно было иметь научное значение: в третьей строфе говорится о взгляде ученых («премудрых») на вселенную; в шестой и седьмой приводятся различные высказывания о происхождении северного сияния.

Еще более просто написаны сатирические стихи Ломоносова, в которых он выступает против своих литературных врагов, против духовенства.

Удивительно по своей простоте стихотворение, представляющее собой вольный перевод из Анакреона. Вот его начало:

Ночною темнотою
Покрылись небеса,
Все люди для покою
Сомкнули уж глаза.
Внезапно постучался
У двери купидон,
Приятной перервался
В начале самом сон…

Читая стихи Ломоносова, не будем забывать, что все они — первый опыт писания русских стихов по-новому. Ломоносов отверг старую силлабическую систему стихосложения, которой пользовались русские поэты до него. Ломоносов первыми своими стихотворениями убедил читателей в преимуществах новой системы: в силлабическом стихосложении принимаются во внимание только количество слогов в строке (в рифмующихся строках одно и то же число слогов); в силлабо-то-ническом основную роль играет расположение ударений в каждом стихе (строке). Силлабо-тоническое стихосложение и теперь господствует в нашей поэзии.

Теория стихосложения Ломоносова: достижения и примеры

Как и в сфере научной, у Ломоносова и в поэзии теория и практика всегда были тесно связаны.

Поэт Ломоносов никогда не переставал быть ученым. Его литературные труды (и в поэзии, и в прозе) всегда были иллюстрацией к его теоретическим работам в области языка и стиля. Его стихи не только служили доказательством большей пригодности для русского языка новой, введенной Ломоносовым теории стихосложения. Его поэзия — образец внимательного отношения поэта к благозвучию стиха, к каждому слову, обороту, мудрое использование на практике требований и правил к языку и стилю, изложенных в его теоретических трудах: в «Письме о правилах российского стихотворства», «Российской грамматике» (первой научной грамматике русского языка) и «Краткого руководства к красноречию». Никто до Ломоносова не осознал в России важность вопросов, связанных с изучением языка. Он говорил: «Слово дано для того человеку, чтобы свои понятия сообщать другому».

Ломоносов о русском языке, Ломоносов-филолог

Не устарели замечательные высказывания ученого Ломоносова о русском языке. Глубоко уверенный в том, что русский язык один из самых сильных, музыкальных и красивых языков мира, Ломоносов писал:

«Я не могу довольно о том нарадоваться, что российский наш язык бодростию и героическим звоном греческому, латинскому и немецкому не уступает…» («Письмо о правилах российского стихотворства», 1739 г.) Позже, в 1755 г., в посвящении к «Российской грамматике», Ломоносов находит еще более сильные и точные слова, чтобы достойно оценить величие нашего языка: «Карл Пятый, римский император, говаривал, что ишпанским языком с богом, французским с друзьями, немецким с неприятелем, итальянским с женским полом говорить прилично. Но если бы он российскому языку был исукусен, то конечно к тому присовокупил бы, что им со всеми оными говорить пристойно. Ибо нашел бы в нем великолепие ишпанского, живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языка».

Всем своим литературным творчеством Ломоносов убеждал читателя, что «российский язык» действительно обладает высокими качествами, выделяющими его среди других языков. Поражает удивительная простота, точность, ясность научных определений и объяснений великого ученого.

Учение Ломоносова о трех штилях

Как ни прекрасен был русский язык, но Ломоносов отлично видел, что словарь его требует упорядочения, а грамматические правила большего единства. В русском языке наряду с российскими словами и формами, употреблялось — особенно в книгах — немало церковно-славянских слов (наряду со словом «голос» — «глас», наряду с глаголом «сказал» — «рек» и т. д.). С другой стороны, в Петровскую эпоху в русский язык вошло множество иностранных слов, появление которых было обусловлено необходимостью обозначить новые понятия. Новые предметы в быту, научные термины, которых прежде вообще не было в русском языке,— все это требовало новых слов, приводило к засорению русского языка чужеземными словами и оборотами.

Чтобы упорядочить употребление в книжной речи церковно-славянских слов (не ставших еще бессмысленными для русского человека) и открыть доступ в нее разговорных слов и оборотов, Ломоносов создал так называемое учение о трех стилях («штилях»). Все литературные жанры он разделил на три группы; каждый жанр, по его мнению, должен писаться одним из трех стилей («штилей»): высоким, допускающим и элементы церковно-славянские; средним, с преобладанием речений, «больше в российском языке употребительных»; и низким, где допустимы только «российские» слова с привлечением просторечия. Учение «о трех штилях» практически давно уже в литературе не применяется, но идея его — необходимость разного стиля для разных родов и жанров поэзии — остается живой и ценной. Историческое значение трех стилей Ломоносова в деле упорядочения русского словаря для его времени было весьма велико.

Российская грамматика М. В. Ломоносова

Очень много сделал великий русский ученый для создания русских научных терминов, что было одним из важнейших моментов в борьбе против засорения русского языка иностранными словами, которые «вкрадываются к нам нечувствительно, искажают собственную красоту нашего языка». Многие употребляемые нами научные названия введены Ломоносовым.

От Ломоносова ведут свое начало: удельный вес (интересно, что здесь Ломоносов в нужном ему смысле использовал старинное слово «удел»), земная ось, равновесие тел, преломление лучей, воздушный насос, зажигательное стекло. Некоторые научные термины Ломоносов не счел возможным или нужным заменить русскими, но упростил их, придав более близкое русской речи звучание: формула, пропорция, барометр, горизонт, микроскоп, квадрат (вместо квадратуум). Другой вопрос — усовершенствование русского синтаксиса — Ломоносов разрешил как практически, показав образцы ясно, просто, четко построенных предложений, так и теоретически, создав первую русскую грамматику, сменившую старые церковно-славянские. «Российская грамматика» Ломоносова долгое время была учебником русского языка в школах; большинство правил ее вошло затем в новые школьные учебники.

Двести с лишним лет, отделяющие нас от времени Ломоносова, отодвинули от нас деятельность его как поэта и как филолога. Но его величие не меркнет. Как поэт Ломоносов сделал огромный шаг в будущее. Без него не достигли бы высот Державин и Жуковский. Он был предшественником Пушкина. Дело Пушкина как творца русского литературного языка было облегчено Ломоносовым. Он первый в России положил начало науке о языке.

В великом Ломоносове поражает нас не только гениальность ученого, но и удивительная человечность. Это был человек простой и смелый, исполненный высокого человеческого достоинства. Как хорошо сказал он о себе в письме к И. И. Шувалову: «Не токмо у стола знатных господ или у каких земных владетелей дураком быть не хочу, но ниже у самого господа бога, который дал мне смысл, пока разве отнимет».

Непримиримый и резкий в отношениях с «неприятелями российских наук», Ломоносов был добр и заботлив к людям в несчастье. Трогательно его попечение о семье погибшего друга профессора Рихмана.

lomonosovИ конечно же, не только известность его как ученого и поэта привела к гробу великого русского человека «огромное стечение народа», о чем свидетельствует враг Ломоносова — Тауберг.

Ломоносов умер в 1765 г., на пятьдесят четвертом году жизни.

Не сразу и не все, что сделал Ломоносов, получило мировое признание. Может быть, только в наши дни человечество оценило по заслугам величие гения Ломоносова. Пушкин назвал его «первым нашим университетом». Это мудрая, хотя и не претендующая на полноту, оценка. Ломоносов был великий человек, вышедший из самой гущи русского народа, русский человек, воплотивший в себе лучшие качества великого русского народа.

Учителю особенно дорог Ломоносов. Это был учитель, воспитатель, просветитель, много заботившийся о русской школе. И он был живой пример, убеждающий, как важно даже гениальному человеку быть великим тружеником.

по материалам журнала «Начальная школа», 1961 год

Вам понравилось? Нажмите кнопочку:

Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Яндекс.Метрика
© 2017 Учитель немецкого  Войти